Приговор по ст 300 ук рф

Статья 300. Незаконное освобождение от уголовной ответственности

Приговор по ст 300 ук рф

Незаконное освобождение от уголовной ответственности лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, прокурором, следователем или лицом, производящим дознание, —

наказывается лишением свободы на срок до семи лет.

Комментарий к Ст. 300 УК РФ

1.

Основным объектом преступления, предусмотренного комментируемой статьей, являются интересы правосудия, заключающиеся в обеспечении неотвратимости ответственности лиц, совершивших запрещенные уголовным законом общественно опасные деяния; в качестве дополнительного объекта могут выступать интересы лиц, пострадавших от преступления, в том числе заключающиеся в возмещении материального вреда.

2. Объективная сторона преступления выражается в действии — принятии решения, имеющего своим результатом незаконное освобождение заведомо виновного лица от уголовной ответственности.

По смыслу статьи такое решение может быть принято в отношении лица, по поводу которого существуют основания для подозрения или обвинения в совершении преступления, независимо от наличия или отсутствия конкретного процессуального решения, наделяющего это лицо соответствующим процессуальным статусом (см. ст. ст.

46, 47 УПК России), в связи с чем наличие состава незаконного освобождения от уголовной ответственности может быть констатировано, в том числе в случае безосновательного отказа в возбуждении уголовного дела.

3. Согласно гл.

11 УК освобождение от уголовной ответственности связывается с отказом государства от уголовного преследования лица, совершившего преступление, по основаниям, связанным с его деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим, истечением срока давности, изданием акта об амнистии. Однако наступление ответственности по комментируемой статье связывается с принятием заведомо незаконных решений не только по этим основаниям, но и в связи с отсутствием события или состава преступления, непричастностью лица к совершению преступления, отсутствием процессуальных условий для осуществления производства по уголовному делу, заменой уголовной ответственности принудительными мерами воспитательного или медицинского характера (п. п. 5, 6 ч. 1 ст. 24, п. п. 3 — 6 ч. 1 ст. 27, ст. ст. 431, 439 УПК, ст. ст. 90, 97 УК).

4.

По законодательной конструкции состав преступления является формальным, и, соответственно, предусмотренное статьей преступление считается оконченным с момента вынесения соответствующего постановления, освобождающего или иным путем ограждающего виновного от уголовной ответственности, независимо от того, сохранило ли это решение свою силу и привело ли оно реально к ограждению виновного от уголовной ответственности. В случае если прекращение уголовного дела и освобождение от уголовной ответственности предполагают необходимость получения согласия руководителя следственного органа или прокурора, преступление считается оконченным с момента получения такого согласия (ст. ст. 25, 28 УПК), так как до этого освобождение от уголовной ответственности ни фактически, ни юридически не наступает.

5. Субъектом этого преступления могут быть следователь или дознаватель, а также руководитель следственного органа или начальник органа дознания в тех случаях, когда они, реализуя полномочия следователя или дознавателя, принимают решения о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) или об отказе в возбуждении уголовного дела.

Прокурор или начальник органа дознания могут нести ответственность по данной статье также в случае, когда они дают дознавателю обязательные для него указания о заведомо незаконном прекращении уголовного дела (уголовного преследования) или когда они, а также руководитель следственного органа дают согласие в указанных в законе случаях на такое прекращение.

Принятие заведомо незаконного решения о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) судьей влечет ответственность по ст. 305 УК.

6. Для субъективной стороны состава преступления, предусмотренного комментируемой статьей, характерно наличие прямого умысла, предполагающего осознание виновным того, что освобождение лица от уголовной ответственности является незаконным, а также желание достичь этого.

Мотивы, которыми может руководствоваться виновный (желание получить те или иные материальные или иные блага, стремление добиться карьерного роста, сочувствие и т.д.

), не имеют определяющего значения для квалификации им содеянного, хотя могут влиять на решение вопросов об ответственности и наказании.

В случае если незаконное освобождение от уголовной ответственности сопряжено с получением взятки или с осуществлением вмешательства в деятельность следователя или дознавателя, действия виновного подлежат квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных комментируемой статьей и, соответственно, ст. ст. 290 или 294 УК.

Источник: http://stykrf.ru/300

Комментарий к ст. 300 УК РФ

Объект данного преступления — интересы правосудия.

Общественная опасность преступления выражается в дискредитации системы правосудия, когда нарушается основной принцип правосудия — ни один невиновный не должен быть осужден и ни один виновный не должен избежать наказания.

При этом подрывается авторитет суда и правоохранительных органов, одновременно падает вера населения в социальную справедливость и равенство граждан перед законом, а у лиц, совершивших преступление, появляется чувство безнаказанности и неуязвимости перед законом, что зачастую приводит к совершению новых преступлений.

Во многих случаях совершение данных действий нарушает законные права и интересы потерпевших от преступления, что также противоречит ст. 6 УПК РФ, провозглашающей в качестве назначения уголовного судопроизводства защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений. Вышеуказанные законные права и интересы будут являться дополнительным объектом преступления.

Объективная сторона преступления выражается в действии — незаконном освобождении от уголовной ответственности лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления. Определенная сложность в установлении рассматриваемого состава преступления заключается в том, что в диспозиции ст. 300 УК РФ использовано сочетание уголовно-правовых и уголовно-процессуальных терминов.

Об освобождении от уголовной ответственности речь идет именно в уголовном законе.

При этом освобождение от уголовной ответственности возможно лишь в отношении конкретных процессуальных фигур: подозреваемого или обвиняемого, которые могут иметь место только после возбуждения уголовного дела (ст. ст. 46 — 47 УПК РФ).

Поэтому, например, формой незаконного освобождения от уголовной ответственности обвиняемого или подозреваемого не может быть вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела.

Под действие ст. 300 УК РФ могут подпадать лишь случаи необоснованного прекращения уголовного дела или уголовного преследования лица.

Постановление о прекращении уголовного дела (освобождение конкретного лица от уголовного преследования) будет считаться законным лишь в том случае, если оно соответствует ему как по форме, так и по содержанию.

Рассматриваемый состав преступления будет лишь в том случае, когда отсутствовали законные основания либо условия освобождения от нее виновного лица либо был грубо нарушен процессуальный порядок освобождения.

При совершении рассматриваемого преступления должностное лицо специальным образом злоупотребляет своими служебными полномочиями.

При этом в постановлении о прекращении уголовного дела виновный либо заведомо ложно излагает фактические обстоятельства дела, либо дает этим обстоятельствам неверную оценку, чтобы затем дать и неверную правовую оценку содеянного.

Если этому предшествовали иные злоупотребления (например, фальсификация доказательств, принуждение к даче показаний, незаконное задержание и т.п.), то деяние надлежит квалифицировать по совокупности преступлений ст. 300 и ст. ст. 303, 302, 301 УК РФ и др.

По законодательной конструкции состав преступления, предусмотренный ст. 300 УК РФ, является формальным и считается оконченным в момент вынесения (подписания) постановления о прекращении уголовного дела с освобождением лица от уголовной ответственности или о прекращении уголовного преследования.

Наличие вынесенного вопреки закону неподписанного постановления о прекращении уголовного дела или прекращении уголовного преследования при достаточных к тому основаниях свидетельствует о предварительной преступной деятельности, но не об оконченном составе преступления.

Действия по незаконному освобождению лица от уголовной ответственности не ограничиваются, например, вынесением постановления о прекращении уголовного дела.

Действия по созданию условий для вынесения такого постановления также являются объективной стороной преступления, предусмотренного ст. 300 УК РФ.

К примеру, если следователь вопреки закону не предъявляет обвинения в установленный срок после избрания меры пресечения, а затем выносит постановление о прекращении уголовного дела, его действия подпадают под признаки ст. 300 УК РФ .

———————————

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ от 9 февраля 2005 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2005. N 7.

Для оценки деяния в качестве оконченного не имеет значения, извещены ли о прекращении дела подозреваемый, обвиняемый, потерпевший или прокурор.

С субъективной стороны деяние характеризуется прямым умыслом.

Виновный осознает, что законных оснований и условий к освобождению от уголовной ответственности подозреваемого или обвиняемого нет либо существуют процессуальные препятствия к прекращению уголовного дела или уголовного преследования. Однако, желая незаконно освободить лицо от уголовной ответственности, выносит соответствующее постановление.

Мотивы преступного поведения и его цели могут быть самыми разнообразными. Ими могут быть, в частности, желание помочь ближним, просьба знакомых, жалость, месть, карьеристские побуждения, корыстные мотивы. Значения для квалификации они не имеют и могут учитываться лишь при назначении наказания.

Незаконное освобождение подозреваемого или обвиняемого от уголовной ответственности за взятку должно квалифицироваться по совокупности со ст. 290 УК РФ.

Субъект данного преступления специальный — следователь или лицо, производящее дознание.

Руководитель следственного органа при принятии к своему производству уголовного дела обладает всеми правами следователя и поэтому также может являться субъектом рассматриваемого преступления.

Незаконное освобождение от уголовной ответственности может быть осуществлено и судьей. Однако действия судьи в таких случаях следует квалифицировать не по ст. 300, а по ст. 305 УК РФ — вынесение заведомо неправосудных приговора, решения или иного судебного акта.

Непосредственным исполнителем преступления является лицо, вынесшее заведомо незаконное постановление о прекращении уголовного дела или уголовного преследования. Руководитель, давший такое указание, при установлении соответствующих признаков может нести ответственность как подстрекатель (ч. 4 ст. 33 УК РФ).

Рассматриваемое преступление является частным случаем злоупотребления служебным положением, поэтому дополнительной квалификации по ст. 285 УК РФ не требуется.

Источник: https://ukrfkod.ru/statja-300/

Заявление о преступлении должностных лиц — Остановить Неприкасаемых!

Приговор по ст 300 ук рф

Председателю Следственного комитетаРоссийской ФедерацииБастрыкину Александру Ивановичу

105005, г. Москва, Технический переулок, д. 2

от Джемисона Файерстоуна Рида

Ответ прошу направить моему адвокатуАнтипову Александру Федоровичу по адресу:

115114 г. Москва, Кожевническая ул. д. 1, Адвокатская контора № 21 Коллегии адвокатов “МГКА”

В соответствии с п.1 ст.141 УПК РФ направляю заявление о преступлении, совершенном сотрудниками МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ.
В связи с тем, что по независящим от меня причинам я не могу лично присутствовать при составлении протокола прошу оформить мое заявление в порядке, предусмотренном п. 5 ст.141 и ст.143 УПК РФ.

Заранее подтверждаю, что об уголовной ответственности за заведомо ложный донос предупрежден в соответствии с п.6 ст.141 УПК РФ.

В связи с этим прошу не приобщать мое заявление к другим уголовным делам, не имеющим отношения к преступлениям, о которых я намерен заявить, как это происходит обычно со всеми моими заявлениями о преступлениях должностных лиц налоговых и правоохранительных органов, направляемыми в СК РФ.

Вместо этого прошу, наконец, принять по моему заявлению единственно возможное законное решение, предусмотренное пп. 1 и 2 ст.

145 УПК РФ, – о возбуждении уголовного дела или об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ, причастных к укрывательству лиц, организовавших хищение 5,4 миллиардов рублей путем мошеннического возврата налогов, уплаченных в 2006 году российскими компаниями, принадлежащими фонду Hermitage.

На основании известных мне сведений я заявляю, что бывшие и действующие сотрудники МВД РФ – Кузнецов А.К., Кречетов А.А., Дроганов А.О., Толчинский Д.М., Хайкин Е.В., Виноградова Н.В., Карпов П.А., Сильченко О.Ф., Уржумцев О.В., бывшие и действующие сотрудники Генеральной прокуратуры РФ – Гринь В.Я., Мясников И.А., Печегин А.И.

, Буров А.В.

и другие неустановленные должностные лица, действуя по предварительному сговору в составе организованной преступной группы, злоупотребляя своим служебным положением, в период с 22 мая 2007 года и по настоящее время, совершили ряд должностных преступлений, направленных на незаконное освобождение от уголовной ответственности владельца АКБ «Универсальный банк сбережений» гражданина Российской Федерации Клюева Д.В., причастного к хищению и отмыванию 5,4 миллиардов рублей налогов, ранее уплаченных в российский бюджет компаниями ООО «Махаон», ООО «Парфенион» и ООО «Рилэнд», принадлежащими инвестиционному фонду Her­mitage, а также к совершению других систематических хищений бюджетных средств путем мошеннического возврата налогов при содействии сотрудников Инспекций ФНС РФ №№ 25 и 28 по г.Москве на общую сумму не менее 11,2 миллиарда рублей, а также сообщников Клюева Д.В. – адвоката Павлова А.А. и членов аткарской группировки — Орлова С.В., Маркелова В.А. и других перечисленных в данном заявлении лиц.

С указанной целью – незаконного освобождения гражданина Клюева Д.В.

и его сообщников от уголовной ответственности – перечисленные выше должностные лица МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ, обладая полной и достоверной информацией о действительных организаторах хищения 5,4 миллиардов рублей из российского бюджета, действуя сообща и в соответствии с заранее разработанным ими планом, совершили укрывательство преступления путем создания и разработки ложной следственной версии, основанной на сфальсифицированных ими доказательствах. В соответствии с этой версией владельцем АКБ «Универсальный банк сбережений» был назван не гражданин Клюев Д.В., которому в действительности принадлежал указанный банк, а погибший 24 сентября 2008 года при невыясненных обстоятельствах гражданин Коробейников С.М., который якобы и организовал хищение и отмывание 5,4 миллиарда рублей из российского бюджета. Действуя, таким образом, по заранее составленному преступному сценарию, указанные должностные лица МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ совершили циничный оговор, приписав участие в хищении вскрывшему это преступление юристу фонда Her­mitage Магнитскому С.Л., сфабриковав доказательства и возложив таким образом ответственность за совершение преступления на его жертву.

Указанные должностные лица МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ не могли не осознавать преступного характера своих действий, поскольку не позднее декабря 2007 года им было достоверно известно, что действительным владельцем АКБ «Универсальный банк сбережений» является гражданине Клюев Д.В. и что именно он является организатором хищения 5,4 миллиардов рублей из российского бюджета, а не погибший в сентябре 2008 года гражданин Коробейников С.М., и, тем более, не заявивший об этом преступлении Магнитский С.Л.

То, что действительным владельцем АКБ «Универсальный банк сбережений», через который были отмыты 5,4 миллиардов рублей денежных средств, похищенных из бюджета Российской Федерации путем незаконного возврата налогов, уплаченных компаниями, украденными у фонда Her­mitage, был гражданин Клюев Д.В., достоверно установлено приговором Пресненского районного суда г.Москвы от 12 июля 2006 года по уголовному делу №1–214/06.

(Приложение №1 Приговор Пресненского районного суда по делу №1–214/06 от 12 июля 2006 года).
Копия этого приговора была изъята 24 ноября 2008 года во время обыска в квартире Магнитского С.Л. членами следственной группы Дрогановым А.О., Кречетовым А.А.

и приобщена к материалам уголовного дела, к расследованию которого постановлением заместителя начальника Следственного комитета при МВД РФ Логунова О.В. от 12 ноября 2008 года были также привлечены следователи Сильченко О.Ф., Уржумцев О.В., оперуполномоченные Кузнецов А.К., Толчинский Д.М. и другие должностные лица МВД РФ.

Практически тем же следователям и оперативникам по постановлению того же Логунова О.В. 6 ноября 2008 года было поручено расследовать обстоятельства хищения из бюджета 5,4 миллиардов рублей в рамках уголовного дела №152979. Надзор за расследованием обоих уголовных дел от руководства Следственного комитета МВД РФ осуществляли, в том числе Аничин А.В., Логунов О.В.

, Матвеев А.Н., Шелепанов Н.И., Герасимова Т.К., Виноградова Н.В. и Карлов Г.В., от Генеральной прокуратуры РФ, в том числе Мясников И.А., Печегин А.И. и Буров А.В.

Перечисленные должностные лица в силу профессиональных и процессуальных обязанностей были ознакомлены с материалами уголовных дел № 152979 и № 153123, в том числе, с копией приобщенного к его материалам приговора Пресненского районного суда г. Москвы, которым был осужден Клюев Д.В.

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого по данному уголовному делу гражданин Клюев Д.В. неоднократно признавал, что он является действительным собственником и бенефициаром АКБ «Универсальный банк сбережений».

Как следует из Обвинительного заключения по обвинению Клюева Д.В. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 и ч.4 ст.159 УК РФ, утвержденного заместителем прокурора города Москвы Юдиным В.П. 3 марта 2006 года, в своих показаниях, данных следствию 4 августа 2005 года, Клюев Д.В.

указал следующее: «Данный банк фактически принадлежал мне и был куплен мною у прежних владельцев путем переоформления долей учредителей на подконтрольные мне фирмы, номинальными директорами и учредителями которых являлись друзья Сергея Орлова, с которым я знаком уже на протяжении нескольких лет».

(Приложение №2 Показания Клюева Д.В., выписка из Обвинительного заключения по обвинению Клюева Д.В. из уголовного дела № 1–215/06 Пресненского районного суда г. Москвы).
Гражданин Орлов С.В.

, уроженец села Ершовка Аткарского района Саратовской области, неоднократно судимый за различные преступления, в течение многих лет являлся деловым партнером Клюева Д.В.

, неоднократно становился вместе с ним фигурантом различных уголовных дел, в том числе, уголовного дела о попытке хищения акций Михайловского ГОКа (2005 год) и уголовного дела о вымогательстве 20 миллионов долларов США и похищении человека — предпринимателя Федора Михеева (2006 год).

(Приложение №3 Статья «Оборотни в «Бриони»», журнал «Огонек», февраль 2010 г. http://www.kommersant.ru/doc/1310279)
Давая свидетельские показания по делу о попытке хищений акций Михайловского ГОКа, гражданин Орлов С.В.

указал: «С Клюевым Дмитрием Владиславовичем я знаком примерно с 1990 года. Познакомился с ним в общей компании, по-моему на каком-то празднике.

У нас с Клюевым завязались дружеские отношения, мы с ним часто вместе проводили время… В течение последних двух-трех лет Клюев возглавлял аудиторскую фирму ООО «Челтер»… В то же время Клюев Д.В.

рассказывал мне, что приобретает для своих экономических интересов банк ООО «Универсальный банк сбережений». Вскоре я узнал от Плаксина, что его номинально оформили в данный банк на должность председателя совета директоров, а те фирмы, которые были оформлены на моих друзей, выступили в качестве покупателей банка».

(Приложение №4 Показания Орлова С.В., выписка из Обвинительного заключения по обвинению Клюева Д.В. из уголовного дела № 1–215/06 Пресненского районного суда г. Москвы).

Таким образом, утверждение сотрудников МВД РФ, занимавшихся расследованием хищения 5,4 миллиардов рублей из российского бюджета путем незаконного возврата налогов, уплаченных компаниями, украденными у инвестиционного фонда Her­mitage, и Генеральной прокуратуры РФ, осуществлявших надзор за этим расследованием, о том, что собственником АКБ «Универсальный банк сбережений», в котором были отмыты похищенные деньги, был погибший в сентябре 2008 года гражданин Коробейников С.М., являлось заведомо ложным. Эти должностные лица не могли не знать, что владельцем банка является гражданин Клюев Д.В.

Помимо этого, указанные выше сотрудники МВД РФ и Генеральной прокуратуры РФ имели в своем распоряжении неопровержимые доказательства того, что практически все лица, непосредственно осуществившие хищение 5,4 миллиардов рублей из российского бюджета, а также ряд других аналогичных хищений, были непосредственно аффилированы либо с Клюевым Д.В., либо с его женой Соколовой Е.П. (она же Фень Н.П.), однако, все эти доказательства были ими преднамеренно проигнорированы.

Помимо самого Клюева Д.В., указанные должностные лица осуществили укрывательство прочих участников преступления, аффилированных непосредственно с Клюевым Д.В.

и его семьей, среди которых:– юристы, организовавшие вынесение арбитражными судами решений о взыскании с компаний несуществующих задолженностей, на основании которых было осуществлено мошенническое возмещение налогов из бюджета — адвокат Павлов А.А. и его жена адвокат Майорова Ю.М.

;– номинальные директора компаний, которые являются учредителями ООО «Универсальный банк сбережений», действительным владельцем и бенефициаром которого, являлся Клюев Д.В.

;– номинальные директора и учредители украденных у фонда Her­mitage компаний, от имени которых 24 декабря 2007 года в налоговые органы были поданы заявления о мошенническом возмещении налогов из бюджета;

– номинальные директора и учредители компаний принадлежавших ранее фонду «Ренгаз», от имени которых в 2006–2007 годах в налоговые органы были поданы заявления о мошенническом возмещении налогов из бюджета;

Укрывательство юристов, организовавших фабрикацию судебных решений.


Как было достоверно известно должностным лицам МВД и Генеральной прокуратуры РФ, расследовавших и осуществлявших надзор за уголовными делами №152979 и №153123, интересы как истцов, так и ответчиков по делам о взыскании с украденных у фонда Her­mitage компаний «Махаон», «Парфенион» и «Рилэнд» несуществующих многомиллиардных задолженностей, при помощи которых был обоснован незаконный возврат налогов на сумму 5,4 миллиарда рублей, представляли в арбитражных судах адвокат Павлов А.А. и его жена адвокат Майорова Ю.М.

Павлов А.А., являясь руководителем адвокатского бюро «Технология права» (до реорганизации адвокатское бюро Якубовского Д.О.) по его собственным словам является деловым партнером гражданина Клюева Д.В., бывшего ранее также руководителем аудиторской компании ООО «Челтер». В своих свидетельских показаниях, данных 4 августа 2005 года по делу 1–215/06 он указывает:

«В 1995 году во время учебы в Московской государственной юридической академии я поступил на работу в юридическую консультацию №59 Межреспубликанской коллегии адвокатов, которой заведовал Якубовский Д.О. Далее юридическая консультация №59 была преобразована в юридическую консультацию №65… В 2003 году … юридическая консультация №65 была преобразована в адвокатское бюро «Технология права»…

С Дмитрием Клюевым я знаком с 2001 года. Обстоятельств знакомства я не помню. Мы с ним поддерживаем приятельские отношения. На момент нашего знакомства Клюев занимался персональным консультированием по вопросам налогообложения.

Периодически Клюев обращался ко мне по вопросам оказания юридической помощи своим клиентам… В связи с увольнением моего бухгалтера ведение бухгалтерского учета на основании договора было поручено ООО «Челтер».

В связи с тем, что сотрудники бюро находились в одном помещении с сотрудниками ООО «Челтер» между ними возникли приятельские отношения».

(Приложение №4б. Показания Павлова А.А., выписка из Обвинительного заключения по обвинению Клюева Д.В. из уголовного дела № 1–215/06 Пресненского районного суда г. Москвы).
Находящийся в «приятельских отношениях» с Клюевым Д.В. адвокат Павлов А.А. и его супруга Майорова Ю.М.

были участниками как минимум четырех судебных процессов, закончившихся вынесением решений о взыскании денег с принадлежавших фонду Her­mitage российских компаний, о чем достоверно было известно должностным лицам МВД и Генеральной прокуратуры РФ, поименованным в настоящем сообщении о преступлении, в том числе:

Дело № А56–22479/2007
По делу № А56–22479/2007 в Арбитражном суде по Санкт-Петербургу и Ленинградской области (судья Кузнецов М.В.) по иску ЗАО “Логос Плюс” к ООО “Рилэнд” 03.09.2007 года было принято заведомо неправосудное решение о взыскании с ответчика в пользу истца 7 557 858 000 рублей и 100 000 рублей госпошлины – представитель ответчика Павлов А.А.;

(Приложение №5 Копия решения суда о взыскании несуществующего долга по делу №А56–22479/2007)
Дело № А56–22474/2007

Источник: https://www.russian-untouchables.com/rus/ukryvatelstvo-realnykh-ispolnitelei/

Закон 24/7
Добавить комментарий