1095 гк рф судебная практика

Судебная практика по делам о защите прав потребителей

1095 гк рф судебная практика

Защита прав потребителей — одна из основных проблем, связанных с бизнесом, которую приходится рассматривать судам общей юрисдикции.

Судьи выясняют основания, по которым можно расторгнуть договор долевого строительства, изучают регулирует ли закон о защите прав потребительский банковские договоры и в какой срок можно вернуть купленный в интернете товар. В обзоре судебной практике споры о защите прав потребителей.

КонсультантПлюс ПОПРОБУЙТЕ БЕСПЛАТНО

Получить доступ

Возврат банковского вклада не относится к правоотношениям, которые регулирует Закон о защите прав потребителей. Поэтому за задержку возврата вкладчик не сможет получить неустойку и оштрафовать банк. К таким выводам пришел Санкт-Петербургский городской суд.

Между гражданином и кредитной организаций был заключен договор срочного банковского вклада «Рождественский 2014», с внесением истцом суммы вклада и возможностью ее пополнения, а также частичного снятия суммы, при сохранении неснижаемого остатка. По вкладу было определено начисление процентов в размере 11% годовых.

По окончании срока вклада, гражданин обратился в банк за получением своих денежных средств в полном объеме. В этом ему, однако, было отказано, и была выплачена лишь часть суммы.

В тот же день гражданин направил в банк письменное заявление с требованием выплатить полную сумму вклада с начисленными процентами, в определенный срок.

Банк не полностью перечислил денежные средства на текущий счет гражданина, после чего тот счел свои права нарушенными и обратился в суд с исковым заявлением о взыскании суммы по вкладу, неустойки и штрафа. В своих исковых требованиях гражданин сослался на нормы Закона о защите прав потребителей.

Суд первой инстанции установил, что банк неправомерно отказал в удовлетворении требований гражданина о выдаче банковского вклада, и взыскал с ответчика сумму банковского вклада, в связи с тем, что банк не выполнил во внесудебном порядке требование истца о возврате денежных средств по вкладу и начисленных по нему процентов. Но при этом истцу было отказано во взыскании неустойки по пункту 5 статьи 28 Закона «О защите прав потребителей», поскольку суд пришел к выводу, что к таким правоотношениям положения данного Закона неприменимы.

Санкт-Петербургский городской суд в апелляционном определении от 23.04.2015 N 33-5872/2015 согласился с такими выводами, и оставил решение суда первой инстанции в силе. Судьи отметили, что отношения по договору банковского вклада регулируются нормами глав 44 и 45 Гражданского кодекса РФ и специального .

Это соответствует правовой позиции, выраженной в постановлении «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», где сказано: буквально следующее: «если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, закон о защите прав потребителей применяется только в части, не урегулированной такими специальными законами».

В силу этого, ответственность банка за несвоевременный возврат вклада регулируется статьей 856 Гражданского кодекса РФ, которая как раз и является такой специальной нормой, регулирующей отношения, возникшие из договоров банковского вклада и банковского счета.

Если при оказании похоронных услуг ритуальной командой было повреждено надгробие соседней могилы, то исполнитель услуг обязан возместить ущерб, в соответствии с требованиями закона о защите прав потребителей. Так решил Верховный суд РФ.

При осуществлении услуги захоронения рядом с могилой матери гражданина ритуальной бригадой были повреждены надгробная плита и уничтожен цветник, выполненный ручным способом вокруг могилы.

Кроме того, погибли цветы на могиле, так как для отогрева земли был использован костер, и его остатки в виде недогоревших резиновых покрышек от автомобилей были сотрудниками индивидуального предпринимателя прямо на место захоронения.

Родственник похороненной в этой могиле женщины счел свои права, как потребителя ритуальных услуг, нарушенными и обратился в суд.

Решением суда первой инстанции исковые требования гражданина были удовлетворены частично. В его пользу с индивидуального предпринимателя была взыскана сумма материального ущерба, неустойка за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке, а также компенсация морального вреда и штраф.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам решение суда первой инстанции было отменено и принято новое решение, в соответствии с которым с ответчика в пользу истца было взыскано возмещение материального ущерба. В удовлетворении остальной части требований истцу было отказано. Верховный суд РФ в определении от 22 сентября 2015 г.

N 66-КГ15-10 отменил определение апелляции и отправил дело на новое рассмотрение.

Суд указал, что судами было установлено, что индивидуальный предприниматель оказывает услуги по захоронению и содержанию кладбища пос. Гришево, на котором находится поврежденное захоронение. Поэтому, отношения между истцом и ответчиком регулируются Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей».

Кроме того, в силу позиции из при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного жизни, здоровью или имуществу потребителя вследствие конструктивных, производственных, рецептурных или иных недостатков товара или услуги, необходимо учитывать, что в соответствии с нормами из статей 1095 — 1097 Гражданского кодекса РФ, а также статьи 14 Закона о защите прав потребителей такой вред подлежит возмещению продавцом или исполнителем в полном объеме независимо от их вины и независимо от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет. Таким образом, нормы статьи 1095 ГК РФ об имущественной ответственности ответчика за вред, причиненный вследствие недостатков товара (работы, услуги), полностью соответствуют аналогичным положениям Закона о защите прав потребителей. Поэтому суд признал, что в случае причинения вреда вследствие недостатков товара либо услуги, законодатель допускает конкуренцию договорного и деликтного исков, оставляя право выбора правового основания иска за гражданином — потребителем.

Мы благодарим компанию «КАДИС» — разработчика региональных систем семейства Консультант Плюс в Санкт-Петербурге — за предоставление самых свежих судебных решений для этого обзора.

Источник: https://ppt.ru/news/136607

Дело N2315-О

1095 гк рф судебная практика
Законы и кодексы » Гражданский кодекс Российской Федерации — часть вторая » Раздел IV. Отдельные виды обязательств » Глава 59. Обязательства вследствие причинения вреда » § 3.

Возмещение вреда, причиненного вследствие недостатков товаров, работ или услуг » Статья 1095. Основания возмещения вреда, причиненного вследствие недостатков товара, работы или услуги » Дело N2315-О.

КОНСТИТУЦИОННЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 25 октября 2016 г. N 2315-О

ОБ ОТКАЗЕ В ПРИНЯТИИ К РАССМОТРЕНИЮ ЖАЛОБЫ АКЦИОНЕРНОГО

ОБЩЕСТВА «ПРОИЗВОДСТВЕННЫЙ ЖИЛИЩНО-РЕМОНТНЫЙ ТРЕСТ

ПРОМЫШЛЕННОГО РАЙОНА» НА НАРУШЕНИЕ КОНСТИТУЦИОННЫХ ПРАВ

И СВОБОД ПОЛОЖЕНИЯМИ ПУНКТА 1 СТАТЬИ 1064 ГРАЖДАНСКОГО

КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ И ПУНКТА 4 ЧАСТИ 1 СТАТЬИ 36

ЖИЛИЩНОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, С.П. Маврина, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, О.С. Хохряковой, В.Г. Ярославцева,

рассмотрев вопрос о возможности принятия жалобы АО «Производственный жилищно-ремонтный трест Промышленного района» к рассмотрению в заседании Конституционного Суда Российской Федерации,

установил:

1. Решениями судов общей юрисдикции, оставленными без изменения судами апелляционных инстанций, были удовлетворены требования граждан — собственников автотранспортных средств к управляющей компании — АО «Производственный жилищно-ремонтный трест Промышленного района» (город Самара) о возмещении вреда, причиненного их имуществу в результате падения деревьев.

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации АО «Производственный жилищно-ремонтный трест Промышленного района» оспаривает конституционность следующих примененных в деле с его участием законоположений:

пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации, устанавливающего, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда ( абзацы первый и второй );

пункта 4 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которому собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства, иные предназначенные для обслуживания, эксплуатации и благоустройства данного дома и расположенные на указанном земельном участке объекты; границы и размер земельного участка, на котором расположен многоквартирный дом, определяются в соответствии с требованиями земельного законодательства и законодательства о градостроительной деятельности.

По мнению заявителя, положения пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации и пункта 4 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не соответствуют статьям 8 , 34 (часть 1) и 35 Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они допускают привлечение к гражданско-правовой ответственности управляющей компании за вред, причиненный имуществу третьих лиц, находящемуся вблизи обслуживаемого управляющей компанией многоквартирного дома, если земельный участок под домом не передан в общую собственность собственников помещений в многоквартирном доме.

2. Конституционный Суд Российской Федерации, изучив представленные материалы, не находит оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Оспариваемые в жалобе положения пункта 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации содержат общие правила о деликтных обязательствах (генеральный деликт), относящиеся ко всем обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, — независимо от субъекта, причиняющего вред, объекта, которому он причинен, и способа его причинения.

Конституционный Суд Российской Федерации, обращаясь к вопросам о возмещении причиненного вреда, изложил правовую позицию, согласно которой обязанность возместить вред является мерой гражданско-правовой ответственности, которая применяется к причинителю вреда, как правило, при наличии состава правонарушения, который включает наступление вреда, противоправность поведения причинителя, причинную связь между его поведением и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 25 января 2001 года N 1-П и от 15 июля 2009 года N 13-П ). В порядке исключения закон в целях обеспечения справедливости и достижения баланса конституционно защищаемых целей и ценностей может предусматривать возмещение вреда независимо от вины причинителя вреда. Соответствующее исключение установлено статьей 1095 ГК Российской Федерации, определяющей основания ответственности за вред, причиненный вследствие недостатков товаров, работ и услуг. Действие данной нормы распространяется, в частности, на отношения по управлению многоквартирным домом — вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения управляющей компанией обязанностей из договора управления многоквартирным домом, подлежит возмещению компанией независимо от вины и от того, состоял потерпевший с управляющей компанией в договорных отношениях или нет.

Вопреки мнению заявителя, пункт 4 части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации, подтверждающий принадлежность земельного участка под многоквартирным домом собственникам помещений в многоквартирном доме на праве общей собственности, круг обязанностей управляющей компании, вытекающих из договора управления многоквартирным домом, не устанавливает. Таким образом, он, равно как и пункт 1 статьи 1064 ГК Российской Федерации, не может расцениваться как нарушающий конституционные права и свободы АО «Производственный жилищно-ремонтный трест Промышленного района» в указанном в жалобе аспекте.

Установление же и исследование фактических обстоятельств дела с участием заявителя, в том числе местоположения упавших деревьев, границ обслуживаемой управляющей компанией территории с учетом определяемого нормативно и соглашением сторон предмета договора управления многоквартирным домом, к полномочиям Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотренным статьей 125 Конституции Российской Федерации и статьей 3 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», не относится.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 2 статьи 43 , частью первой статьи 79 , статьями 96 и 97 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», Конституционный Суд Российской Федерации

определил:

1. Отказать в принятии к рассмотрению жалобы акционерного общества «Производственный жилищно-ремонтный трест Промышленного района», поскольку она не отвечает требованиям Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», в соответствии с которыми жалоба в Конституционный Суд Российской Федерации признается допустимой.

2. Определение Конституционного Суда Российской Федерации по данной жалобе окончательно и обжалованию не подлежит.

Председатель

Конституционного Суда

Российской Федерации

В.Д.ЗОРЬКИН

Источник: https://advokat-malov.ru/zakony-i-kodeksy/grazhdanskij-kodeks-rossijskoj-federacii-chast-vtoraya/razdel-iv--otdelnye-vidy-obyazatelstv/glava-59--obyazatelstva-vsledstvie-prichineniya-vreda/k-3--vozmeschenie-vreda--prichinennogo-vsledstvie-nedostatkov-tovarov--rabot-ili-uslug/statya-1095--grazhdanskiy-kodeks-rf/sud-praktika-k-state-1095-grazhdanskiy-kodeks-rf-40370.html

Разрешая заявленные требования о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая при эксплуатации лифта, суд неправильно определил отношения как связанные с ответственностью за вред, причиненный источником повышенной опасности

1095 гк рф судебная практика

Консультации, разъяснение судебной практики и представление интересов в суде по тел. 8(926)860-62-79

Разрешая заявленные истцом требования о компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая при эксплуатации лифта, суд неправильно определил возникшие между сторонами отношения как связанные с ответственностью за вред, причиненный источником повышенной опасности.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 апреля 2014 г. N 25-КГ13-5 (Извлечение)

С. обратилась в суд с иском к ООО «Лифтсервис» о компенсации морального вреда. В обоснование иска она указала следующее. 2 мая 2007 г. в результате несчастного случая при эксплуатации лифта в жилом доме погибла ее внучка Ч.

Это произошло на глазах С., в связи с чем она обращалась за медицинской помощью и до сих пор находится в стрессовом состоянии.

Истец просила взыскать с ООО «Лифтсервис» компенсацию морального вреда в размере 2 млн. рублей.

Решением Ленинского районного суда г. Астрахани от 18 июля 2012 г. иск С. удовлетворен частично: с ООО «Лифтсервис» взыскана компенсация морального вреда в размере 1 млн. рублей. В остальной части иска отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от 19 сентября 2012 г. решение суда первой инстанции было отменено и по делу вынесено новое решение, которым исковые требования С. оставлены без удовлетворения.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ 15 апреля 2014 г. по кассационной жалобе С. отменила указанное определение суда апелляционной инстанции, оставив в силе решение суда первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Разрешая спор и удовлетворяя иск С., суд первой инстанции исходил из установленной приговором суда вины руководителя ООО «Лифтсервис» — генерального директора Ю.

, не обеспечившего безопасную эксплуатацию лифта путем надлежащего обслуживания, в частности не обеспечившего запирающими устройствами двери машинного помещения, что позволило проникнуть в него неустановленному лицу, произведшему ряд действий, которые привели к гибели Ч.

При этом суд первой инстанции учел степень и характер физических и нравственных страданий, перенесенных С. в связи со смертью внучки, в том числе ухудшение ее здоровья, посещение ею врачей — невролога и психиатра.

Судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, и истолкованы нормы материального права, подлежащие применению к спорным отношениям, на основании чего сделан правомерный вывод о взыскании с ООО «Лифтсервис» в пользу С. компенсации морального вреда в размере 1 млн. рублей.

Отменяя решение суда первой инстанции и принимая по делу новое решение об отказе в удовлетворении иска, суд апелляционной инстанции указал на то, что С. обратилась в суд с иском к ООО «Лифтсервис» как к владельцу источника повышенной опасности на основании ст. 1079 ГК РФ.

Между тем владельцем источника повышенной опасности (лифта, расположенного в многоквартирном доме) ООО «Лифтсервис» не являлось, соответственно, не могло нести ответственность за причинение вреда на основании положений ст. 1079 ГК РФ.

Что же касается общих правил возмещения вреда, предусмотренных ст.

1064 ГК РФ, то, по мнению суда апелляционной инстанции, таких оснований также не имелось, поскольку доказательств причинения вреда ненадлежащим исполнением подрядчиком условий договора взаимодействия по техническому обслуживанию и капитальному ремонту лифтов от 1 января 2007 г., заключенного между ООО «Лифтсервис» и обслуживающей жилой фонд организацией ООО «Заболдинский», представлено не было.

Выводы суда апелляционной инстанций основаны на неправильном применении норм материального права, а также существенно нарушают нормы процессуального права.

Как установлено судом, избранная жильцами многоквартирного дома управляющая организация ООО «Заболдинский» заключила со специализированной организацией ООО «Лифтсервис» договор взаимодействия по техническому обслуживанию и капитальному ремонту лифтов для обеспечения безопасной эксплуатации лифта.

В соответствии с письмом Федерального агентства по строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 14 февраля 2007 г.

N ОС-501/03 деятельность по монтажу, техническому диагностированию, обслуживанию, ремонту лифтов и систем диспетчерского контроля за работой лифтов относится к видам деятельности в области промышленной безопасности и должна осуществляться только специализированными организациями, располагающими техническими средствами и квалифицированными специалистами.

Положением о системе планово-предупредительных ремонтов лифтов, утвержденным приказом Министерства Российской Федерации по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 17 августа 1998 г. N 53, предусмотрено, что организация — владелец лифта должна обеспечить его содержание в исправном состоянии и безопасную эксплуатацию путем организации надлежащего обслуживания.

Для технического обслуживания и ремонта лифтов, установленных в жилом фонде, организации — владельцы лифтов привлекают специализированные по лифтам организации.

ООО «Лифтсервис», как указано в приговоре суда, нарушило принятые на себя обязательства по обеспечению безопасной эксплуатации лифтов, в связи с чем генеральный директор названной организации Ю. признан виновным и осужден по п. «г» ч. 2 ст.

238 УК РФ за оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, повлекших по неосторожности смерть человека.

Согласно ст.

1095 ГК РФ вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

Именно на ненадлежащее оказание ООО «Лифтсервис» услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, С. указывала в качестве обоснования предъявленного иска о компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с указанной организации. Требований о компенсации морального вреда к обществу как владельцу источника повышенной опасности истцом заявлено не было.

Таким образом, исходя из содержания исковых требований и их обоснования, суду апелляционной инстанции в соответствии с чч. 1, 3 ст. 196 ГПК РФ следовало определить, каковы правоотношения сторон и какой закон должен быть применен по данному делу.

Судебная коллегия признала, что исходя из установленных судом первой инстанции обстоятельств дела в данном случае имелись условия для возмещения вреда как по общим основаниям (ст. 1064 ГК РФ), так и по специальным основаниям (ст. 1095 ГК РФ).

Однако суд апелляционной инстанции в нарушение приведенного выше требования процессуального закона (чч. 1, 3 ст. 196 ГПК РФ) необоснованно указал на то, что С.

обратилась в суд с иском о компенсации морального вреда к ООО «Лифтсервис» именно как к владельцу источника повышенной опасности, в связи с чем неправомерно определил и рассмотрел возникшие между сторонами отношения как связанные с ответственностью за вред, причиненный источником повышенной опасности, что привело к неправильному применению положений ст. 1079 ГК РФ к спорным отношениям и неприменению ст. 1095 Кодекса.

Ссылку суда апелляционной инстанции на отсутствие оснований для возмещения вреда С. по ст.

1064 ГК РФ, поскольку доказательств причинения вреда ненадлежащим исполнением подрядчиком (ООО «Лифтсервис») условий договора взаимодействия по техническому обслуживанию и капитальному ремонту лифтов от 1 января 2007 г.

, заключенного между ООО «Лифтсервис» и обслуживающей жилой фонд организацией ООО «Заболдинский», представлено не было, Судебная коллегия признала несостоятельной как не подтвержденную материалами дела.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Суд первой инстанции, учитывая, что приговором Ленинского районного суда г. Астрахани от 9 июня 2010 г. установлена вина руководителя ООО «Лифтсервис» — генерального директора Ю.

в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей, которые повлекли по неосторожности смерть Ч. (внучки С.), с учетом положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и ст.

1064 ГК РФ правомерно взыскал с ООО «Лифтсервис» компенсацию морального вреда в пользу С.

Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 15 апреля 2014 г. N 25-КГ13-5 (Извлечение) 

Консультации, разъяснение судебной практики и представление интересов в суде по тел. 8(926)860-62-79

Источник: http://sud-v-rf.ru/jurisprudence/5/336

Ответственность за причинение вреда: проблемы правоприменения

1095 гк рф судебная практика

В настоящее время решение вопросов, связанных с возмещением вреда, причиненного различными субъектами, находится в поле зрения как научных исследователей, так и практиков. Не достигнуто единое мнение относительно правовой природы и содержания ответственности за причинение вреда. Проанализируем судебную практику по данной категории споров.

Деликтная ответственность

Проблемам возмещения вреда в рамках гражданско-правовой ответственности уделялось недостаточно внимания. Различные аспекты ответственности за причинение вреда рассматривались в работах В.М. Болдинова, Т.П. Будяковой, О.В. Дмитриевой и др.

Однако, несмотря на значительное количество научных исследований по указанной теме, не достигнуто единство в отношении определения общих условий наступления деликтной ответственности. Отдельные вопросы по-прежнему остаются неизученными или ответы на них противоречивы.

Это вызывает необходимость комплексного анализа правоприменительного опыта в целях приведения судебной практики к единообразию.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Общими условиями наступления деликтной ответственности являются:

–наличие вреда;

–противоправность действий его причинителя;

–наличие причинно-следственной связи между возникновением вреда и противоправными действиями;

–вина причинителя вреда.

ГК РФ не содержит определения понятия «вреда». Традиционно под вредом в гражданском праве рассматривается всякое умаление личного или имущественного блага. Аналогичное объяснение используется и в судебной практике.

Моральный и имущественный вред

Известно, что причиненный вред подразделяется на материальный (имущественный) и нематериальный (моральный). Моральный вред представляет собой физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ). Согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 20.12.

1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред – это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т. п.), либо нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В свою очередь, имущественный вред, причиненный неправомерным завладением имуществом, – это лишение собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом по своему усмотрению. Для подтверждения данной позиции обратимся к судебной практике.

Так, право собственности считается нарушенным, а имущественный вред признается причиненным собственнику с момента, когда виновное лицо неправомерно завладело имуществом и тем самым лишило собственника реальной возможности владеть, пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению (в том числе обеспечивать его сохранность).

С этого же момента следует считать возможным привлечение виновного лица к имущественной ответственности.

Доказательства вины, факта и размера вреда обязательны

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.

2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Таким образом, при рассмотрении споров, связанных с причинением вреда, необходимо учитывать, что потерпевший должен доказать возникновение вреда и его размер, а также то, что ответчик является причинителем вреда или лицом, обязанным его возместить.

Данная позиция подтверждена и на примерах судебной практики. А.С. Пикалов обратился в суд с иском к ФКУ «Военный комиссариат Волгоградской области» и с учетом заявления об уточнении исковых требований просил взыскать в свою пользу с ответчика задолженность по выплате денежной компенсации в счет возмещения вреда здоровью, расходы на оплату услуг представителя и на оформление доверенности.

Разрешая требования о взыскании с ответчика в пользу А.С.

Пикалова имущественного вреда в связи несвоевременной выплатой сумм возмещения вреда здоровью, суд первой инстанции не учел, что по общему правилу возникновения обязательства по возмещению имущественного вреда лицу, право которого нарушено (ст. 1064 ГК РФ), должен устанавливаться факт неправомерного причинения такого вреда, а также и его размер должен быть подтвержден заявителем соответствующими доказательствами.

Ввиду изложенного решение районного суда и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда нельзя признать законными. Они приняты с существенными нарушениями норм материального права, повлиявшими на исход дела.

Без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, что согласно ст. 387 ГПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Источник: https://www.eg-online.ru/article/346698/

Прокуратура Челябинской области / Ответственность несовершеннолетних за причинение вреда здоровью. Судебная практика

1095 гк рф судебная практика

29.04.2019

Разъясняет прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе Малышева О.П.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (ст.ст. 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Ответственность за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), в соответствии со ст. 1073 ГК РФ несут его родители (усыновители), опекуны, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую он был помещен под надзор, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

В случае причинения вреда малолетним (в том числе и самому себе) в период его временного нахождения в образовательной организации (например, в детском саду, общеобразовательной школе, гимназии, лицее), медицинской организации (больнице, санатории) или иной организации, осуществлявших за ним в этот период надзор, либо у лица, осуществлявшего надзор за ним на основании договора, эти организации или лицо обязаны возместить причиненный малолетним вред, если не докажут, что он возник не по их вине при осуществлении надзора.

При разрешении споров, связанных с возмещением вреда, причиненного несовершеннолетним в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет, следует исходить из того, что в соответствии с п. 1 ст. 1074 ГК РФ вред подлежит возмещению в полном объеме на общих основаниях самим несовершеннолетним (ст. 1064 ГК РФ).

Если несовершеннолетний, на которого возложена обязанность по возмещению вреда, не имеет заработка или имущества, достаточного для возмещения вреда, обязанность по возмещению вреда полностью или частично возлагается субсидиарно на его родителей (усыновителей) или попечителей, а также на организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которой находился причинитель вреда под надзором (ст. 155.1 СК РФ), если они не докажут отсутствие своей вины.

Нередки случаи получения травм учениками в результате неосторожных действий сверстников. При отсутствии каких-либо последствий для здоровья инцидент, как правило, заканчивается профилактической беседой. Однако, если травма серьезная, родители обращаются в суд с требованиями к образовательным организациям и (или) к непосредственным причинителям вреда.

Федеральный закон от 29.12.2012 № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в ст. 41 определяет, что организация охраны здоровья обучающихся в образовательных организациях осуществляется этими организациями.

При этом охрана здоровья обучающихся включает в себя, в том числе, обеспечение безопасности обучающихся во время пребывания в организации; профилактику несчастных случаев с обучающимися во время пребывания в организации.

Согласно ч. 7 ст. 28 указанного Закона образовательная организация несет ответственность в установленном законодательством Российской Федерации порядке за невыполнение или ненадлежащее выполнение функций, отнесенных к ее компетенции, а также за жизнь и здоровье обучающихся.

Например, А.К.К обратилась с иском в суд в интересах несовершеннолетней дочери А.В.В. к МБОУ «СОШ № 32», родителям учащегося 4 класса К.Н.В. (не достигшего 14 лет) о взыскании компенсации морального вреда. Установлено, что в школе на перемене, во время игры один из учеников толкнул несовершеннолетнюю А.В.В., в результате чего последняя получила травму позвоночника.

Суд взыскал в пользу истицы А.К.К. с МБОУ «СОШ №32» компенсацию морального вреда в размере 50 тыс. рублей, расходы на лекарства, судебные расходы, в удовлетворении иска к родителям несовершеннолетнего К.Н.В.

отказал, ввиду того, что со стороны родителей ребенка, причинившего вред, не установлено действий или бездействия, свидетельствующих о недостаточном воспитании своего сына, отсутствии к нему должного внимания.

Также, прокурор города Коркино в интересах несовершеннолетнего Е.И.А. обращался с иском к несовершеннолетнему Б.Р.Л. (достигшему 14 лет) и детскому учреждению, под опекой которого он находится, а также к общеобразовательному учреждению, где истцом получены телесные повреждения, о взыскании компенсации морального вреда в пользу несовершеннолетнего.

Установлено, что на перемене в общеобразовательном учреждении, несовершеннолетний Б.Р.Л. нанес своему однокласснику Е.И.А. телесные повреждения. Судом в пользу ребенка взыскана компенсация морального вреда с несовершеннолетнего Б.Р.Л.

, а при недостаточности у него средств компенсацию обязано выплатить детское учреждение, под опекой которого он находится, а также общеобразовательное учреждение № 10 по 5 тысяч рублей.

Взыскивая компенсацию морального вреда с общеобразовательного учреждения суд указал, что педагогическими работниками школы в сложившейся ситуации не созданы безопасные условия воспитания обучающихся, не осуществлялся надлежащий присмотр за ними, не приняты необходимые педагогические меры по предотвращению конфликтной ситуации, своевременному пресечению противоправных действий со стороны ученика Б.Р.Л., защите истца — Е.И.А. от физического насилия в школе, обеспечения охраны его здоровья.

Архив материалов

Источник: http://www.chelproc.ru/prosveschenie/low/?id=2943

Закон 24/7
Добавить комментарий